Фурсенко за 'взрослую армию' (комментарий В.К.)
Шрифт

В конце апреля заместитель начальника российского Генштаба Василий Смирнов озвучил идею Генштаба об увеличении призывного возраста с нынешних 27 до 30 лет. При этом призыв граждан, как и прежде, планируется осуществлять с 18 лет. Кроме того, было предложено значительно сократить количество вузов России, студенты которых имеют отсрочку от военной службы.
Позже, 7 мая, начальник Генштаба Николай Макаров заявил, что Генштаб рассматривает вопрос о повышении призывного возраста, но речи об увеличении его до 30 лет не идет. "Мы рассматриваем сейчас много вариантов, связанных с прохождением службы, в том числе изучаем, как это сделано в ведущих западных странах - таких, как Германия, Израиль, Франция, Италия. Мы приходим к выводу, что по возрасту ограничения значительно больше, чем у нас (27 лет). Поэтому мы в целом рассматриваем этот вопрос, но так, чтобы четко выделять именно 30 лет, - к такому вопросу мы пока не подходили", - сказал тогда Макаров журналистам.
Эксперты прокомментировали "Интерфаксу" генштабовскую инициативу. "Это выглядит эффектно, и даже, возможно, будет реализуемо. Различные группы влияния в обществе не станут возражать. Но эффект от такой меры будет довольно слабым", - сказал в интервью аогентству первый замдиректора Центра политических технологий Алексей Макаркин. По его мнению, "те, у кого есть возможности и связи "откосить" от армии до 27 лет, столь же спокойно продержатся в таком состоянии и до 30 лет, и дольше". В Союзе солдатских матерей удивлены инциативой Генштаба. "Призывать в армию до 30 лет - нереально. К 25 годам молодой человек обрастает социальными связями. Не только семьей, но и работой, кредитами", - сказала "Интерфаксу" глава Союза комитетов солдатских матерей Валентина Мельникова. Она считает, что стратегической целью должно стать создание контрактной армии.
Обозреватель Владимир Шишлин
Госадминистративное обострение под названием "призыв" прехлестнуло не только границы сезонов, но и ведомственные перегородки. В данном случае - между МО и ГШ. С генералитетом все понятно: призыв - это вопрос его выживания. Лишь поставленный в "острой" форме, он дает ответ на другой вопрос: о необходимости содержания на бюждете значительной части командного состава ВС. Иное дело - МОН. Конечно, и тут можно найти свои резоны: призыв даже на год быстро "сотрет следы" образования, которое ныне предоставляет государство гражданам. Там и "стирать" особо не надо. А после службы пусть заново переучиваются - это уже их личное дело, а не государственная задача.
А вот фигура министра, которому вверена судьба российских детей и молодежи, вызывает куда более серьезные вопросы. Дежурное "Фурсенко - в отставку!" перестает быть дежурным. Министр явно заигрался в своей многолетней неприкосновенности, превратив, помимо всего прочего, мирное ведомство в источник растущей год от года социальной напряженности. Иначе трудно объяснить то рвение, с которым он, полностью игнорируя единодушную позицию специалистов, солидаризируется с бредовыми, по сути - антигосударственными (не просто антигражданскими) идеями. Бредовыми настолько, что их не рискнули бы публично озвучить даже советские силовики. Впрочем, совсем недавно министр столь же упорно, невзирая на экспертное мнение психиатров и психологов, призывал не увязывать волну подростковых суицидов, которая каждый год "случайно" приходится на время сдачи ЕГЭ с самим ЕГЭ, а попытки увязать назвал. . . "непорядочными".
Похоже, верховная власть и население в основном согласны в одном: демографическую проблему надо решать. И решение ее падает преимущественно на плечи населения - в весьма непростых социально-экономических условиях. Может быть, верховная власть поможет населению хотя бы в одном: в порядке упрочения этого хрупкого согласия оградит его от буйств в административно-ведомственных головах? Остальное население сделает само.Ему не привыкать. . .
В.К.



